Фамилия Канануха звучит необычно для русского уха, и это не случайно: её основа — украинская или южнорусская. Скорее всего, перед нами прозвище, застывшее в форме именительного падежа единственного числа без стандартного фамильного суффикса (-ов, -ин, -ский). Такие «голые» фамилии характерны для Украины и Белоруссии (сравните: Гриб, Швец, Литвин). Здесь же к корню добавился экспрессивный суффикс -ух(а), который в восточнославянских говорах придаёт слову оттенок грубоватости, фамильярности или просто усиливает значение.

Центральная часть фамилии — «кана(н)». Самая прямая версия отсылает к украинскому слову «кана» (или «канюка»), означающему хищную птицу — канюка, коршуна, сарыча. Птица эта не охотничья, не певчая, а крикливая и часто парит над полями в поисках падали. Прозвище «Канюка» или «Кана» могли дать человеку с пронзительным, неприятным голосом, либо тому, кто был назойлив, жаден до чужого добра, или же, напротив, обладал зорким глазом. Суффикс -уха превратил бы «кану» в «Кануху» — так могли называть женщину или мужчину с теми же чертами, но более подчёркнуто.

Есть и другая, менее очевидная линия. В некоторых говорах «канать» означало «течь, капать», а «канава» — это ров для воды. Прозвище «Канануха» могло закрепиться за человеком, жившим у канавы, либо за неряшливым, вечно мокрым или плаксивым. Однако эта версия слабее: слишком длинная цепочка от «канавы» до «Кананухи» без промежуточных звеньев в языке.

Географически фамилия Канануха редкая, но её корни уверенно уходят в левобережную Украину (Полтавщина, Черниговщина, Сумщина) и прилегающие южнорусские области (Белгородчина, Курщина). Носители фамилии — потомки тех, кого в XVIII–XIX веках записали в ревизские сказки не по отчеству, а по крестьянскому или казачьему прозвищу. Дворянского происхождения у этой фамилии нет: она из народной, бытовой среды, где меткое слово ценилось выше родословной.