Происхождение
Фамилия Каравашкова
Фамилия Каравашкова — женская форма фамилии Каравашков. Она образована по стандартной русской модели: к основе мужской фамилии добавили окончание -а. Сама же фамилия Каравашков — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. На первый взгляд она напоминает слово «каравай» (хлеб), но это, скорее всего, ложная связь.
В основе фамилии лежит не «каравай», а прозвище или мирское имя Караваш. Слово «караваш» в русских говорах имело несколько значений. В рязанских и тульских диалектах так называли низкорослого, коренастого человека, крепыша. В других областях «каравашем» могли назвать неуклюжего, неповоротливого мужчину. Есть и версия, что это переосмысление тюркского слова «караваш» (в некоторых тюркских языках — «слуга», «невольник»), но в русской среде такое прозвище вряд ли сохранило бы прямой смысл — скорее, стало бы внутрисемейным именем без унизительного оттенка.
Модель образования фамилии — суффикс -ов, который в русской ономастике указывает на принадлежность: Каравашков буквально означало «сын Караваша» или «из семьи Караваша». Суффикс -к- в основе (Караваш-к-ов) — уменьшительный, то есть Каравашок — это «маленький Караваш» или ласковое производное от того же прозвища. Такие двойные суффиксы (-к-ов) встречаются реже, чем простые -ов или -ин, и часто указывают на то, что фамилия закрепилась не от прямого прозвища родоначальника, а от его уменьшительной формы, которую использовали в быту.
Географически фамилия Каравашков (и Каравашкова) встречается в основном в центральных и южных регионах России — в Воронежской, Ростовской, Волгоградской областях. Это косвенно подтверждает диалектную природу основы: именно в этих местах слово «караваш» бытовало как прозвище. В документах XVII–XVIII веков фамилия не фиксируется — скорее всего, она оформилась позже, в среде крестьян и однодворцев.
Таким образом, предок современных Каравашковых получил прозвище Караваш за особенности внешности или характера — за крепкое сложение или, наоборот, за медлительность. В любом случае, это прозвище из живого народного языка, а не из книжного или церковного обихода.