Фамилия Картусов — одна из тех, где внешняя простота обманчива. На первый взгляд кажется, что корень «картус» указывает на головной убор — картуз. Но в русской ономастике, если копнуть глубже, всё не так однозначно.

Слово «картуз» (шапка с козырьком) пришло в русский язык из французского (cartouche — «свёрток», «патрон») или из немецкого (Kartause). Однако прозвище Картуз в старину необязательно давали тому, кто носил такой головной убор. Чаще так называли человека, который их шил или торговал ими. То есть Картусов — потомок мастера-картузника или торговца шапками. Это типичная профессиональная фамилия, образованная по модели «прозвище + суффикс -ов», указывающая на принадлежность: «чей?» — Картусов, то есть сын Картуза.

Но есть и вторая, более редкая версия. В некоторых южных и западных говорах «картуз» могло означать не шапку, а «маленький картуш» — архитектурное украшение или декоративный щит с гербом. В этом случае прозвище мог получить резчик по камню или художник, делавший такие украшения. Версия менее распространённая, но лингвистически допустимая: суффикс -ус- в основе может указывать на заимствование или диалектное искажение.

Фамилия Картусов — сравнительно редкая. Она встречается в основном в центральных и южных областях России, а также у потомков казачества (на Дону и Кубани), где прозвища по ремеслу были особенно живучи. В дворянских родословных книгах она не зафиксирована — это фамилия преимущественно крестьянского или мещанского сословия.

Интересно, что фамилия не перешла в форму Картузов, хотя такое написание встречается. Картусов сохранила исходный суффикс, что говорит о том, что прозвище закрепилось именно в форме Картус (с мягким знаком на конце), а не Картуз. В бытовой речи разница почти не слышна, но в документах это даёт ключ к региону: тверские и псковские говоры чаще смягчали конечный согласный в прозвищах.