Фамилия Казакевич — яркий пример того, как прозвище, а не прямое занятие, легло в основу родового имени. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -евич. В белорусской и украинской традициях (а фамилия особенно распространена в Беларуси и на западе России) этот суффикс указывал на происхождение: «чей сын?» — Казакевич, то есть сын или потомок Казака. Модель образования здесь та же, что у фамилий типа Дорошкевич, Ивашкевич или Гришкевич, только в основе не крестильное имя, а прозвище.

Вопреки расхожему мнению, Казакевич не связана с сословием донских или кубанских казаков. Исследователи, в частности, обращают внимание на географию: эта фамилия встречается в северных областях России (например, в Архангельской и Вологодской), где казачьих войск исторически не было. Это важный аргумент против «военной» версии.

В основе лежит прозвище Казак, которое в разных говорах имело два бытовых значения. Первое и самое вероятное — наёмный работник, батрак. Второе — гонец, конный рассыльный. В любом случае, прозвище указывало на род занятий или социальный статус конкретного человека, а не на его принадлежность к вольному воинству.

Само слово «казак» — тюркское заимствование. В тюркских языках корень kazak имел целый веер значений: «скитаться, бродить», «смелый, проворный», «зверь, отлучившийся от стада» и даже «неженатый, холостой». Именно этот спектр смыслов — от «бродяги» до «одинокого и вольного» — и породил сначала прозвище, а затем и фамилию. Притяжательный суффикс -евич закрепил за потомками имя их предка, превратив описательное «сын Казака» в фамилию Казакевич.