Фамилия Кельзин — редкий случай, когда на первый взгляд ясная модель образования оборачивается несколькими версиями, и ни одну из них нельзя отбросить сразу. В основе лежит суффикс -ин, который в русских фамилиях указывает на принадлежность: «чей?» — сын Кельзи. Значит, предка звали Кельзя. Но что это за имя или прозвище?

Самое прямое объяснение — диалектное слово «кельза», которое в некоторых говорах (особенно на северо-западе и в Приуралье) означало «кривой, косой» или «неповоротливый человек». Прозвище могли дать за особенность походки, внешности или характера. В этом случае Кельзин — потомок Кельзи, то есть человека с такой приметой. Модель типична для крестьянских фамилий, которые часто вырастали из бытовых прозвищ.

Вторая версия выводит фамилию из финно-угорского субстрата. В языках коми и удмуртском есть основа «кель» — «язык» или «речь». Суффикс -зь (в русской передаче -зя) мог образовывать прозвище по говору: Кельзя — «говорун», «болтун» или, наоборот, «молчун». Фамилия Кельзин встречается в Пермском крае и Удмуртии, что делает эту гипотезу географически оправданной. В пользу местного происхождения говорит и то, что фамилия почти не выходит за пределы Волго-Вятского региона.

Есть и третья, менее вероятная версия — от крестильного имени Кельсий (греч. «небесный»). В народном произношении оно могло дать форму Кельзя, а затем и фамилию. Но имя Кельсий было редким даже в святцах, поэтому этот путь скорее исключение.

Словообразовательно фамилия проста: основа Кельз- + суффикс -ин. Ударение, судя по носителям, падает на первый слог: Ке́льзин. В дореволюционных записях встречается вариант написания через «о» — Кельзинъ, но это лишь особенности орфографии.

Что объединяет все версии — фамилия недворянская, не искусственная (в отличие от семинарских), а народная, возникшая в среде крестьян или посадских людей. Точной даты появления нет, но по модели она относится к XVII–XVIII векам, когда массово закреплялись прозвищные фамилии на -ин. Если ваши предки — Кельзины, скорее всего, они жили на северо-востоке европейской России, и фамилия хранит память либо о внешней примете, либо о местном наречии.