Фамилия Кеткин — одна из тех, где внешняя простота обманчива, а корень может вести сразу в несколько сторон. Чтобы понять её происхождение, нужно разобрать основу «Кетк-» и суффикс «-ин», который указывает на принадлежность: «чей?» — сын Кетки, человек из рода Кеткиных. Значит, в основе лежит личное прозвище или некалендарное имя Кетка.

Самая прямая версия отсылает к диалектному слову «кетка» или «кеть». В некоторых северных и сибирских говорах так называли мелкую рыбу, чаще всего ряпушку или сига. Прозвище Кетка мог получить рыбак, торговец рыбой или человек, чем-то напоминавший эту небольшую юркую рыбку — например, худощавый и подвижный. В этом случае фамилия относится к «рыбным» прозвищам, которых много в северорусском ономастиконе: Ершов, Окунев, Щукин. Версия логичная и географически привязанная.

Вторая гипотеза, менее вероятная, но возможная, связывает фамилию с тюркским корнем. В татарском и башкирском языках «кеткен» означает «ушедший, пропавший». Если предок носителя фамилии был крещёным татарином или башкиром, ему могли дать прозвище Кеткен (Кетка) — либо с намёком на уход из прежней веры, либо на исчезновение, побег. Однако суффикс «-ин» здесь скорее русский, чем тюркский, что делает эту версию вторичной — фамилия могла возникнуть уже на русской почве после адаптации прозвища.

Интересная деталь: фамилия Кеткин редка и имеет заметную региональную привязку к Поволжью и Уралу, особенно к бывшей Казанской и Вятской губерниям. Это стык финно-угорских, тюркских и русских земель, где смешение культур давало неожиданные словообразовательные модели. Поэтому не исключено, что прозвище Кетка возникло от марийского или удмуртского слова — например, «кет» (рука, ладонь) с уменьшительным суффиксом. Но это уже область предположений без надёжных лингвистических подтверждений.

В любом случае, Кеткины — не дворянский род и не фамилия из боярских книг. Это фамилия простых людей: крестьян, рыбаков, мастеровых. Её носители не мелькают в энциклопедиях, но это не делает её менее живой. Она хранит в себе либо воспоминание о реке и рыбе, либо память о человеке, которого за что-то прозвали Кеткой — и имя это закрепилось за его потомками.