Фамилия Хлопунова хранит память о прозвище дальнего предка — Хлопун. Это прозвище, в свою очередь, восходит к глаголу «хлопать», то есть бить, колотить, шлепать плашмя и с шумом, звонко. Но за этим звукоподражательным корнем скрывается не одна, а как минимум две разные истории, и какая из них верна для конкретной семьи — сказать трудно.

Самое распространенное объяснение связывает прозвище Хлопун с характером человека. В старину хлопуном называли болтуна и пересказчика. Так могли прозвать общительного, разговорчивого человека с богатым воображением и красивой речью. В ряде диалектов это слово означало «бахвал» — тогда прозвище указывало на любителя прихвастнуть своими достоинствами. Обе трактовки сходятся в одном: Хлопун — человек, который много говорит, причем делает это громко и эмоционально.

Есть и другая версия, профессиональная. В некоторых говорах существовало слово «хлопень» — так называли хлопок, клок пеньки или льна. Если прозвище произошло от него, то Хлопуном могли именовать мастера, который занимался изготовлением пряжи или ткани из хлопка на продажу. Эта гипотеза менее популярна, чем «болтун», но и сбрасывать ее со счетов не стоит: прозвища по ремеслу в русских фамилиях встречаются сплошь и рядом.

Сама фамилия образована по простой и понятной модели: прозвище Хлопун плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов. Такой способ словообразования был самым массовым в XV–XVII веках, когда фамилии только начинали закрепляться за крестьянскими и посадскими родами. Суффикс -ов отвечал на вопрос «чей?» и означал буквально «сын Хлопуна» или «человек из семьи Хлопуна».

Интересно, что ударение в фамилии может падать по-разному: на второй слог — Хлопуно́в, или на первый — Хло́пунов. Такая вариативность встречается у фамилий, образованных от прозвищ, а не от крестильных имен, и часто зависит от местной традиции произношения.

Родственные фамилии — Хлопушин, Хлопин, Хлопов. Они восходят к тем же корням, но через разные уменьшительные формы или напрямую от глагола. Если ваши предки носили фамилию Хлопуновы, стоит поискать в семейных преданиях упоминания о говорливом пращуре или, наоборот, о мастере по обработке льна — обе нити ведут вглубь веков.