Фамилия Хорцева (и её мужская форма Хорцев) — редкий пример русской фамилии, где за привычным суффиксом -ев скрывается сразу несколько непохожих друг на друга историй. Вопреки ожиданию, корень здесь не связан ни с хорьком, ни с каким-либо ремеслом. Разбор показывает, что перед нами, скорее всего, прозвище по этнической принадлежности или, в более спорном варианте, адаптация кавказского имени.

Самая распространённая версия возводит основу к слову «хорец». Так в русских говорах называли представителей народов Сибири и Дальнего Востока. Прозвище Хорец мог получить человек, который выделялся на фоне окружающих своим происхождением — например, жил среди русского населения, но сам был выходцем из этих мест. Важная деталь: такое имя имело смысл только там, где носитель действительно был «чужим». Если бы все вокруг были хорцами, прозвище не закрепилось бы. Логично предположить, что предок носителей фамилии либо сам был таким переселенцем, либо долго жил в их среде, за что и получил соответствующее прозвище.

Вторая гипотеза связана с именем Хорци. Это вариант кавказского имени Хорцай, которое этимологически восходит к осетинскому слову «хорц» (или «хуарз») — «хороший». В этом случае прозвище Хорец (или Хорци) могло закрепиться за человеком как ласкательное или почётное именование, которое со временем и легло в основу фамилии. Эта версия менее вероятна для центральной России, но полностью исключать её нельзя, особенно если учитывать мобильность населения в разные исторические периоды.

Сама модель образования — через суффикс -ев — указывает на притяжательное значение: Хорцев буквально означает «сын Хорца» или «человек из рода Хорца». Суффикс -ев, а не -ов, появляется в тех случаях, когда основа слова заканчивается на мягкий согласный или на ц, что как раз соответствует нашему случаю.

Документальные подтверждения фамилии встречаются в записях первой половины XX века. Среди них — Хорцев Алексей Иванович, родившийся в 1897 году в Московской области (Коломенский район, Н. Белоомут), который значится как портной-кустарь. Там же, в Н. Белоомуте, родилась в 1902 году крестьянка Хорцева Клавдия Алексеевна. А на Дону, в Цимлянском районе, в 1906 году появился на свет Хорцева Илья Иванович — в записи, что характерно для того времени, женская форма фамилии использована и для мужчины. Эти разрозненные записи показывают, что фамилия бытовала и в Подмосковье, и в казачьих областях, что делает вопрос о едином корне ещё более запутанным.

Итоговая картина выглядит так: фамилия Хорцева — это не простая «географическая» фамилия, а скорее прозвищная, и её значение напрямую зависит от того, какой из корней считать верным. Либо перед нами память о сибирских или дальневосточных предках, либо след кавказского имени с пожеланием «хорошего» человека. Обе версии имеют право на существование, но первая — с «хорцем» как этнонимом — выглядит более органичной для русской прозвищной традиции.