Фамилия Хука — редкий пример того, как прозвище могло «приехать» в русскую среду из Западной Европы. В её основе лежит не славянский корень, а заимствованное слово, которое прижилось в качестве личного именования. Чаще всего этимологию возводят к английскому hook — «рыболовный крючок», «кривой нож» или «серп», а также «садовые ножницы». Если следовать этой версии, прозвище Хука получал человек по роду занятий: рыбак, мясник, садовник или портной — все они имели дело с изогнутыми инструментами, которые и дали ему имя.

Вторая гипотеза отсылает к французскому глаголу chuck — «бросать, швырять» или «дружески похлопывать, щекотать». В таком случае прозвище носило бытовой, даже ироничный характер: так могли окликнуть небрежного и неаккуратного человека, который всё ронял и делал невпопад, либо, наоборот, любителя пошутить и «потискать» собеседника. Эта версия менее убедительна с точки зрения географии: французские заимствования в русских прозвищах встречаются реже английских, но полностью исключать её нельзя — в дворянской и купеческой среде XVIII–XIX веков иностранные слова нередко становились основой для домашних имён.

Существует и третья, самая слабая версия, которая пытается найти у прозвища славянские корни. Согласно ей, Хука происходит от глагола «хукать» — то есть «дышать». Тогда прозвище могло закрепиться за человеком с больными лёгкими, тяжело дышащим. Версия проигрывает двум первым: глагол «хукать» в диалектах встречается редко и не даёт устойчивой модели для образования прозвищ, в отличие от конкретных профессиональных признаков.

Сама фамилия оформлена по типичной русской модели: прозвище Хука без изменений стало семейным именованием, что характерно для украинских, белорусских и южнорусских говоров, где фамилии нередко закреплялись в краткой форме без прибавления суффиксов -ов или -ин. Такая модель указывает на возможное происхождение рода из западных или южных регионов Российской империи, где подобные бессуффиксные фамилии встречаются чаще.

Точное место и время возникновения рода Хуки установить без генеалогических исследований сложно. Процесс формирования фамилий был длительным, и прозвище могло закрепиться за семьёй в разное время — от XVII до XIX века. Ясно одно: предок носителей этой фамилии выделялся либо ремеслом, связанным с крючковатыми инструментами, либо характером, который окружающие описали метким словом.