Фамилия Хухрянкин — редкий пример фамилии, где основа явно прозвищная, а не от крестильного имени. Если в большинстве русских фамилий легко угадать Ивана или Петра, то здесь корень «хухр-» звучит как загадка. Разберёмся по порядку.

Первое, что бросается в глаза, — суффикс -янкин. Это вариант патронимического суффикса -ин, но с промежуточным -янк- (как в фамилиях Борянкин, Демянкин). Такая модель характерна для северных и центральных областей России: Архангельская, Вологодская, Костромская губернии. То есть Хухрянкин — это «чей?» — сын Хухрянки, а Хухрянка, в свою очередь, уменьшительное от прозвища Хухря.

Что же значило прозвище Хухря? Тут есть две основные версии, и обе вполне реальны. Первая: в северных говорах «хухря» — это неряшливый, неопрятный человек, замарашка. Слово звукоподражательное, от «хухрить» — пачкать, ерошить. Так могли прозвать небрежного мужика или ребёнка, который вечно в грязи. Вторая версия: «хухря» могло означать нечто хмурое, насупленное, угрюмое. В некоторых диалектах есть глагол «хухриться» — хмуриться, сердиться. Так что прозвище могло указывать и на характер.

Третья, менее вероятная, но тоже упоминаемая в ономастических заметках версия — связь с тюркским корнем «хухур» (сухой, высохший). Однако для фамилии с типично русским суффиксом -янкин и северным ареалом эта гипотеза выглядит натянутой. Правдоподобнее всё же диалектная русская основа.

Интересно, что фамилия Хухрянкин практически не встречается за пределами России. По данным современных справочников, основные носители сосредоточены в Кировской области и соседних районах Удмуртии — то есть на Вятке. Вятка исторически была зоной активного заселения выходцами с Русского Севера, что идеально совпадает с диалектной географией слова «хухря». Других однокоренных фамилий, вроде Хухрин или Хухряков, почти нет — это делает Хухрянкина уникальным случаем, а не ответвлением от распространённого гнезда.

Так что ваш предок, скорее всего, был вятским крестьянином, которого в деревне дразнили Хухрей — то ли за неопрятный вид, то ли за угрюмый нрав. Фамилия закрепилась за его потомками, сохранив в себе память о прозвище, которое дали человеку триста-четыреста лет назад.