Фамилия Колотик — редкий пример фамилии, образованной не от профессии или имени, а от глагольного корня с помощью суффикса -ик. В русской ономастике такие модели встречаются нечасто: суффикс -ик обычно указывает на лицо по действию (носик, водик — в бытовой речи), но в фамилиях он закрепился за прозвищами, которые описывали характер или поведение человека.

Основа фамилии — глагол «колотить». В старину это слово имело широкий спектр значений: не только «бить, ударять», но и «стучать, молотить, толочь, разбивать». Прозвище Колотик могли дать человеку с бурным нравом, драчуну или забияке. Однако есть и более мирная версия: «колотить» означало также «работать молотком, ковать» или «колотить масло, зерно». В этом случае Колотик — прозвище ремесленника: кузнеца, плотника, маслобойщика. В говорах северных и центральных губерний слово «колотик» иногда употреблялось как название небольшого молотка или колотушки, что тоже могло стать источником прозвища по инструменту.

Географически фамилия тяготеет к западнорусским и украинским землям. В белорусском и украинском языках глагол «колотити» сохранил значение «мешать, взбалтывать» — например, колотить сметану на масло. Поэтому на территории современной Беларуси и западной Украины фамилия Колотик могла возникнуть независимо от русской версии, как прозвище мельника или маслодела. В документах XIX века носители фамилии встречаются в Могилёвской, Витебской и Киевской губерниях.

Словообразовательно фамилия проста: корень «колот-», суффикс «-ик», нулевое окончание. Она не получила типичных русских суффиксов -ов или -ин, что говорит о её позднем закреплении — скорее всего, в конце XVIII — начале XIX века, когда фамилии давали по прозвищам без изменений. По сословной принадлежности Колотики в основном были крестьянами и мещанами, реже — казаками. Дворянских ветвей с такой фамилией не зафиксировано.

Известных исторических деятелей с фамилией Колотик нет, что типично для фамилии, возникшей в низших сословиях и не успевшей «подняться» по социальной лестнице. Зато она даёт редкую возможность проследить живую связь прозвища с конкретным занятием или чертой характера предка.