Фамилия Ковальскии — один из ярких примеров того, как польская модель образования фамилий прижилась на русской почве, но с характерным искажением на письме. В оригинале фамилия звучит как Kowalski и образована от слова kowal — «кузнец» с помощью типичного польского суффикса -ski. Такие фамилии в Польше носили шляхтичи и крестьяне, указывая на родовое гнездо или, как в этом случае, на занятие предка. В русском языке двойное -ий на конце — это калька с польского окончания -ski, которое в дореволюционной орфографии передавали как -ский, а в просторечии нередко упрощали до -ской, -цкой или даже -скии.

Ковальскии — это не опечатка, а живое свидетельство того, как фамилия обкатывалась в крестьянской среде. В метрических книгах XIX века можно встретить варианты Ковальской, Ковальский и Ковальскии в одной и той же волости. Тройное «и» на конце (Ковальскии) — редкий, но не уникальный случай: так писали малограмотные писари, не привыкшие к польским окончаниям, или же так фамилия записалась со слуха, когда носитель говорил «Ковальский», а писарь слышал «Ковальскии».

По сути, перед нами та же фамилия, что и Ковальский, но с орфографическим отпечатком конкретной местности — скорее всего, западных губерний Российской империи (Гродненская, Виленская, Минская), где польское население соседствовало с русским и белорусским. Кузнец (коваль) — ремесло повсеместное, так что фамилия могла возникнуть независимо в десятках деревень. Но именно форма Ковальскии, а не Ковальский или Ковалев, выдает не просто профессию предка, а его этническую среду: носитель, скорее всего, происходил из ополяченной или белорусской семьи, где слово «коваль» было в ходу, а фамилию оформляли по польскому образцу.

В отличие от фамилий на -ов/-ев (Ковалёв), которые в России давали по отцу, суффикс -ский указывал на принадлежность к роду или месту. В случае Ковальскии — это «кузнецовский», то есть потомок кузнеца. Фамилия недворянская, но в Польше носитель Kowalski мог быть и шляхтичем (существовали гербовые роды Ковальских), а в России эта фамилия осталась в основном в мещанской и крестьянской среде, особенно среди католического населения западных губерний.