Фамилия Кресяк — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. В ней нет очевидного суффикса, указывающего на принадлежность к какому-то одному региону или сословию, поэтому разбирать её стоит через корень и возможные прозвища.

Скорее всего, основа «Крес-» связана с древнерусским словом «крес» — огонь, а точнее, «живой огонь», добытый трением. Отсюда и глагол «кресать» — высекать искру, добывать огонь. Человек по прозвищу Кресь или Кресак — это либо кузнец, либо тот, кто кресал огнивом, либо просто мастеровой, связанный с искрой и пламенем. Суффикс «-як» в русских фамилиях (особенно в украинской и белорусской традиции) часто указывает на деятеля или носителя признака: «Кресяк» — буквально «тот, кто кресает», «огневик».

Менее вероятная, но возможная версия — связь с именем Креслав или Кресимир. В западнославянских языках «крес» означало «воскресение» или «возрождение» (сравните с польским «kres» — конец, рубеж, но также с «krzeseć» — воскресать). Однако для русской фамилии такая основа редка, и прозвище по ремеслу выглядит убедительнее.

Встречается фамилия Кресяк на западе России и в приграничных с Беларусью и Украиной областях — там, где был распространён суффикс «-як» (как в фамилиях Коваляк, Шевцяк). В старых метрических книгах её почти не найти: фамилия не попала в дворянские родословные и не фиксировалась в массовых переписях крестьян центральной России. Это говорит о том, что предки Кресяков были, скорее всего, свободными ремесленниками или однодворцами южных окраин.

Если отбросить версии, остаётся одно: фамилия Кресяк — звуковая и смысловая загадка, где искра, огонь и ремесло сплелись воедино. Это не переосмысленное имя святого и не географическое название, а живое прозвище по делу, которое человек делал каждый день.