Фамилия Кронштадских — редкий случай в русской ономастике, когда географическое название стало фамилией, но не через стандартную модель «житель такого-то места», а через притяжательную форму. Она образована от топонима Кронштадт — города-крепости на острове Котлин в Финском заливе, основанного Петром I в 1704 году. Формант -ск- в основе указывает на принадлежность к чему-то (ср. «царский» и «царск-ий»), а окончание -их в русских фамилиях обычно закреплялось за семьями в северных и сибирских говорах (например, Седых, Болдыревых). Однако здесь мы видим окончание -их, присоединённое к основе на -ск-, что нетипично: классическая фамилия от Кронштадта звучала бы как Кронштадтский или Кронштадтов. Вариант Кронштадских — это, скорее всего, застывшая форма родительного падежа множественного числа: «из семьи Кронштадских», то есть «из тех, кто имеет отношение к Кронштадту». Такая модель встречается у фамилий, которые первоначально были прозвищами целой династии или общины, — например, Московских, Рязанских. Носитель фамилии Кронштадских, вероятно, происходит из семьи, чей предок либо служил в Кронштадте (моряк, офицер, мастеровой), либо был выходцем из этого города, но при переезде в другую местность его потомков стали называть «Кронштадскими» — то есть «теми, кто из Кронштадта». Поскольку Кронштадт до революции был закрытым военным портом и гарнизоном, большинство его жителей составляли военные моряки и чиновники Адмиралтейства, а не крестьяне. Поэтому фамилия Кронштадских тяготеет к среде служилого сословия, хотя документальных подтверждений этому в открытых источниках нет — фамилия настолько редкая, что не попала ни в словарь Б. Унбегауна, ни в своды Веселовского. Примечательно, что ударение в фамилии падает на первый слог: Крóнштадских, а не Кронштáдских, — что сближает её с немецким произношением названия города (Kronstadt) и указывает на возможное влияние немецкой речи в среде остзейских офицеров. Таким образом, фамилия Кронштадских — не просто «географическая метка», а маркер принадлежности к особой военно-морской субкультуре, и её носители, скорее всего, имели предков, связанных с Балтийским флотом XVIII–XIX веков.