Фамилия Кручинина — одна из тех, что хранят в себе отголосок древней славянской традиции «охранительных» имён. Её основа — мирское имя Кручина, которое давали ребёнку не в честь святого, а с определённой житейской хитростью. Слово «кручина» в русских говорах означало «грусть, тоска, печаль». Называя сына Кручиной, родители, по сути, пытались обмануть злые силы: мол, такой невзрачный и горький ребёнок никому не нужен, пусть живёт себе незаметно. Это был оберег, призванный уберечь младенца от сглаза и болезней.

Впрочем, у этой фамилии есть и второе, более прозаичное объяснение. Кручиной могли прозвать взрослого человека — либо с меланхоличным, задумчивым нравом, либо того, кому жизнь досталась тяжёлая, полная лишений. В этом случае прозвище отражало не пожелание, а реальную судьбу или характер.

Исторические документы подтверждают, что имя Кручина было в ходу уже во второй половине XVI века. В «Ономастиконе» С. Б. Веселовского зафиксированы: Кручина, крестьянин из Арзамаса (1578 год), и Кручина Самсонов из Каргополя (1615 год). Эти записи — одни из самых ранних свидетельств бытования именования, от которого позже и образовалась фамилия.

Фамилия построена по стандартной модели на -ин, указывающей на принадлежность: Кручинин — сын Кручины, Кручинина — дочь или жена. Обратите внимание, что женская форма фамилии (Кручинина) не имеет отдельного «женского» значения — это грамматическая особенность, распространённая в русских фамилиях. В старых переписях мужчины записывались как Кручинины, а их жёны и дочери — Кручинины.

Слово «кручина» сегодня почти вышло из живого обихода, но в фольклоре и классической литературе оно встречается часто. Отсюда и у фамилии есть лёгкий налёт архаики: она звучит не как бытовое прозвище, а скорее как имя персонажа из народной песни или сказки.