Фамилия Крунин — одна из тех, где основа на первый взгляд прозрачна, но при ближайшем рассмотрении даёт несколько версий. Суффикс -ин указывает на модель «чей?», то есть фамилия образована от личного имени или прозвища отца: Круня. Вопрос в том, что значило это Круня.

Самое очевидное объяснение — прозвище от диалектного глагола «крунить» или «крунеть». В русских говорах (особенно северных и сибирских) «крунеть» означало «печалиться, тосковать», а «крунный» — «грустный, задумчивый». Человек, которого прозвали Круней, мог быть неразговорчивым, склонным к унынию или, наоборот, получил прозвище по случаю — затянувшейся хандры. Такие имена-характеристики давали часто, и они легко переходили в фамилии.

Вторая версия — от слова «крупа». Круня — это уменьшительная форма от «крупеник» или «крупяник» (тот, кто торгует крупой или варит кашу). В ономастических работах (например, у В. А. Никонова) встречаются указания, что прозвища от названий продуктов питания — не редкость. Но здесь есть тонкость: форма «Круня» скорее ласкательная, чем профессиональная, поэтому версия с прозвищем-характером выглядит надёжнее.

Третья, менее очевидная возможность — связь с личным именем Кронид (каноническое греческое имя, означающее «потомок Крона»). В народном произношении Кронид мог превратиться в Кроню, а затем в Круню через замену гласного. Но это скорее гипотеза: документальных подтверждений массового бытования формы «Круня» от Кронида нет.

Географически фамилия Крунин встречается в центральных областях России, особенно в бывшей Тверской и Ярославской губерниях, а также на Урале. Это подтверждает версию о севернорусском диалектном корне: именно в этих местах слово «крунеть» было в ходу.

Интересная деталь: фамилия Крунин не имеет отношения к «крутой» или «крутить», как может показаться носителю современного языка. Ударение в ней падает на первый слог — Кру́нин, что тоже указывает на древнюю основу, а не на позднее переосмысление.

Если ваш предок был Круня, то, скорее всего, он получил прозвище за свой нрав — тихий, задумчивый или склонный к грусти. В крестьянской среде такие прозвища приживались крепко и передавались детям уже как фамилия.