Фамилия Крупенниковы — одна из тех, где за простым на первый взгляд звучанием скрывается сразу несколько возможных историй предка. В основе лежит прозвище Крупенник, а суффикс -ов указывает на классическую русскую патронимическую модель: «чей сын?» — Крупенников, то есть потомок человека по прозвищу Крупенник.

Самый прямой путь к разгадке — профессиональный. В южнорусских и украинских говорах «крупенником» называли того, кто занимался крупой: либо торговца крупой, либо работника на крупорушке (мельнице для обдирки зерна). Учитывая, что крупа была основой повседневного рациона, такое занятие было и распространённым, и заметным — отсюда и прозвище, закрепившееся за родом.

Однако в русских говорах слово «крупеник» (и его варианты) имело и переносное значение — так могли назвать человека плотного, крепкого, «ядрёного», как крупное зерно. В этом случае прозвище отражало внешность, а не ремесло.

Есть и третья, менее очевидная версия, которую стоит упомянуть: в некоторых диалектах «крупенником» иронично называли хилого, болезненного человека — как бы «рассыпчатого», некрупного. Но эта гипотеза слабее: прозвища обычно давали по яркой, заметной черте, и крепкое сложение или профессия дают куда более устойчивую мотивировку.

Фамилия Крупенников фиксируется в документах с XVII века, в основном в центральных и южных губерниях России — Курской, Орловской, Воронежской. Это совпадает с зоной распространения крупяного промысла. Интересно, что фамилия нередко встречалась среди крестьян и однодворцев, а не только в купеческой среде — значит, «крупяное» прозвище мог получить и простой земледелец, моловший крупу для своей семьи или на продажу.

Таким образом, фамилия Крупенниковы — скорее всего, профессиональное именование, закрепившееся за родом людей, связанных с обработкой зерна. Но не исключено, что первый носитель прозвища просто выделялся среди односельчан статью и крепостью.