Фамилия Крынцев — хороший пример того, как за суффиксом может скрываться неочевидная основа. На первый взгляд кажется, что перед нами типичная «-ев» фамилия от имени или прозвища Крынец. Но если присмотреться, слово «крынец» в русских говорах не зафиксировано. А вот «крынка» — другое дело.

Крынка, или кринка, — это глиняный горшок для молока, расширяющийся кверху. В южных и западных говорах слово могло звучать как «крына», а уменьшительная форма — «крынка» или «крыночка». Но откуда тогда суффикс «-ец»? Скорее всего, исходным было прозвище Крынец, которое дали человеку за схожесть с этим сосудом: либо за фигуру (коренастый, приземистый), либо за профессию — гончару, делавшему крынки. В русских говорах слово «крынец» могло означать и просто глиняный кувшинчик. Таким образом, Крынцев — это «сын Крынца», то есть потомок человека, которого прозвали за связь с глиняной посудой.

Модель образования проста: основа Крын- + суффикс -ец- (прозвище) + -ев (патронимический суффикс, указывающий на принадлежность). Фамилия могла возникнуть в среде крестьян или ремесленников, особенно в регионах, где было развито гончарное дело — например, в южнорусских губерниях или на Украине. В пользу этого говорит и то, что фамилия Крынцев встречается довольно редко и не имеет аристократических корней.

В словаре Б. Унбегауна и других ономастов нет прямого упоминания Крынцева, но фамилия логично вписывается в ряд Крынкин, Крыночкин, Крынков — все от слова «крынка». Спорных версий здесь немного: иногда основу пытаются связать с диалектным «крын» — «край», но это маловероятно, так как слово «крынка» в значении сосуда гораздо устойчивее и распространённее. Так что, скорее всего, предок носителя фамилии Крынцев либо сам лепил крынки, либо получил прозвище за то, что напоминал этот пузатый горшок.