Фамилия Курош — один из тех случаев, где за коротким звучанием стоит сразу несколько версий происхождения. Самая очевидная отсылка — к миру птиц. В основе прозвища Курош могло лежать русское диалектное слово «курыш» (цыпленок, птенец) или польское kur — «петух», kura — «курица». Такие прозвища в крестьянской среде давали либо по внешнему сходству (например, за драчливость или суетливость), либо по роду занятий — птицеводу или тому, кто торговал домашней птицей.

Стоит, однако, присмотреться к суффиксу. В фамилиях на -ош часто застывают прозвища, образованные с помощью уменьшительно-ласкательных или экспрессивных формантов. Здесь возможно и другое прочтение: Курош — не столько «петух», сколько производное от имени или прозвища матери. В русской традиции фамилии, оканчивающиеся на -ич, -ин и реже -ош, могли указывать на «материнскую» линию. Если женщину звали Кура (вариант имени Акулина или просто прозвище от той же «курицы»), то её сын мог получить прозвище Курош — «Курин сын». Такая модель встречается в северных и западных говорах, где фамилии на -ош фиксировались как полуотчества.

Исторический контекст добавляет фамилии веса. В русском дворянстве известен род Курош, который, по сохранившимся сведениям, происходил из Литвы. При покорении Смоленска представители этого рода перешли в русское подданство и были записаны в VI часть родословной книги Смоленской губернии — то есть в число древнего дворянства, чья знатность документально подтверждалась за сто лет до 1785 года. Эта ветвь, скорее всего, имела польско-литовские корни, и её фамилия могла писаться через «ш» под влиянием польской орфографии.

Таким образом, фамилия Курош неоднородна: для одних предков она означала «петушиный» нрав или занятие, для других — указывала на происхождение от матери по прозвищу, а для третьих — была родовым именем литовского дворянина, осевшего на Смоленщине.