Фамилия Курыпов — редкий случай, когда для объяснения приходится привлекать не только славянские, но и тюркские, и иранские языки. Самая правдоподобная версия связывает её с прозвищем Курып, которое восходит к казахскому «курыпа» или осетинскому «къурупа». И то и другое слово означает «крупа», в первую очередь гречневая. Так что в основе фамилии лежит не имя, а торговое или бытовое прозвище.

Вероятнее всего, первый Курыпов был либо купцом, торговавшим крупой, либо человеком, который её производил или часто готовил. В крестьянском быту гречневая каша была настолько распространена, что прозвище «Курыпа» могло прилипнуть к повару, кормившему артель или большую семью. Модель образования типична для центральной России: прозвище на -а дало форму Курыпа, а от неё через суффикс -ов появилась фамилия, отвечающая на вопрос «чей?» — сын Курыпы.

В отличие от многих фамилий, где тюркский след связан с татарскими беками или ордынскими выходцами, здесь основа — чисто бытовая, торговая. Это сближает Курыповых с фамилиями вроде Толоконников, Пшеничников или Крупеников, но с одной оговоркой: в русских говорах слово «курыпа» не встречается, а значит, прозвище принесли с собой переселенцы или торговые люди из южных степных регионов, где осетинское и казахское влияние было сильным.

Встречается фамилия редко, преимущественно в Поволжье и на Южном Урале — как раз в зоне активных контактов русского населения с тюркскими и кавказскими народами. По сословной принадлежности предки почти наверняка были государственными крестьянами или мещанами: купеческие фамилии такого типа чаще образовывались от названий товара, а не от самого товара в прозвищной форме.

В написании стоит обратить внимание на ударение: в большинстве говоров оно падает на первый слог — Ку́рыпов, что косвенно подтверждает прозвищное происхождение от «курыпа», а не от имени Курып.