Фамилия Лесогорова — редкий пример фамилии-гибрида, где славянская основа «лес» и «гора» слились в одно слово. Такие составные прозвища (Лесогор, Ветрогон, Чернозуб) в старину давали не по профессии, а по внешности, характеру или месту жительства. Скорее всего, первый носитель прозвища Лесогор жил у подножия лесистой горы — в говорах так могли назвать и человека, который «горел» лесом, то есть выжигал участки под пашню (подсечное земледелие). Вторая версия, менее вероятная, — прозвище по двум разным усадьбам: Леса и Горы, но для этого не было бы нужды склеивать корни в одно слово.

Суффикс -ов- указывает на стандартную русскую модель «чей?»: Лесогоров — сын или потомок Лесогора. Женская форма Лесогорова закрепилась в документах как притяжательное прилагательное. Интересно, что фамилия не получила суффикса -ин, хотя могла бы, если бы основа оканчивалась на -а (Лесогора → Лесогорин). Выбор -ов говорит о том, что прозвище осознавалось как мужское и склонялось по типу существительных второго склонения.

В географическом плане фамилия тяготеет к северным и центральным регионам России — там, где лесные массивы соседствуют с холмами: Вологодчина, Кострома, Пермский край. В XIX веке Лесогоровы встречались в основном среди государственных крестьян и однодворцев. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — это чисто народное, «географическое» прозвище, которое не перешло в гербовники.

Ономастический словарь Б. Унбегауна не выделяет Лесогорову отдельно, но по аналогии с фамилиями типа Зеленогоров, Белогоров можно уверенно говорить о топонимическом происхождении. Редкость фамилии объясняется тем, что составные прозвища на Руси часто упрощались: Лесогор мог стать просто Лесовым или Горовым. Лесогорова сохранила исходную форму, что делает её ценной для историка — она как застывшая фотография ландшафта, в котором жил предок.