Фамилия Лобанов-Ростовский — одна из тех русских двойных фамилий, где вторая часть указывает на княжеский титул и происхождение от удельных князей Ростовских, а первая — на личное прозвище родоначальника. Основа здесь — прозвище Лобан, которое в старорусском языке означало человека с большим лбом или, в переносном смысле, упрямого, своенравного. Конкретный предок, с которого пошёл род, — князь Иван Александрович по прозвищу Лобан, живший в конце XV века. Именно от него и пошли Лобановы-Ростовские.

Вторая часть, Ростовский, происходит от названия города, но не Ростова-на-Дону, а древнего Ростова Великого. Такая модель образования типична для княжеских фамилий: они указывали на удел, которым владел род. В данном случае князь Иван Александрович был из удельных князей Ростовских, и его прозвище добавилось к родовому титулу, образовав двойную фамилию.

В исторических источниках встречаются и другие носители прозвища Лобан: например, Андрей Иванович Лобан Ряполовский, погибший в 1436 году в битве с татарами под Белевом, или сокольничий Петр Григорьевич Лобан Заболоцкий (1495–1507 гг.). Это показывает, что прозвище было распространено в среде служилого сословия. Упоминает исследователь Веселовский и Ростовского Федора Головина, пристава у папского посла в 1525 году — это ещё одно подтверждение бытования фамилии.

Род князей Лобановых-Ростовских был внесён в V часть родословных книг нескольких губерний: Воронежской, Новгородской, Саратовской и Смоленской. У рода был свой герб: щит, разделённый горизонтально на две части. В верхней, голубой, — ангел в серебрянотканой одежде, держащий в правой руке обнажённый серебряный меч, а в левой — золотой щит. В нижней, красной, — серебряный олень, бегущий вправо. Щит покрыт княжеской мантией и шапкой, что прямо указывает на княжеское достоинство рода.

Точное время возникновения фамилии в её двойном виде установить сложно, так как процесс закрепления фамилий шёл постепенно. Однако уже с XV–XVI веков можно говорить о сложившейся родовой традиции. Фамилия Лобанов-Ростовский — памятник не только славянской письменности, но и русской аристократической генеалогии, где личное прозвище соединилось с территориальным титулом.