Фамилия Лорец — редкий пример, где на первый план выходит не славянская, а скорее немецкая или балтийская основа, хотя и с типичным русским окончанием. Вопреки распространённому мнению, корень здесь не в латинском «laurus» (лавр), а в немецком слове «Lore» или «Lohr».

Самый прямой путь к происхождению — через немецкую фамилию Lor (или Lohr). В немецких диалектах «Lor» означало «болото» или «топь», а в ряде регионов — «кустарник», «лесок». Переселенцы из Германии, попав в Российскую империю (особенно в Поволжье, Причерноморье или Прибалтику), получали на слуху русский суффикс -ец, который указывал на принадлежность или происхождение. Так немецкий «Lor» превращался в «Лорец» — «тот, кто из рода Лор», «сын Лора». Суффикс -ец в русской ономастике часто использовался для адаптации иноязычных фамилий: сравните Шмидт → Шмидец, или Фишер → Фишерец.

Вторая, менее вероятная, но возможная версия — отчество от православного имени Лаврентий. В народной речи имя Лаврентий сокращалось до Лавр, а затем, с уменьшительным суффиксом, могло дать прозвище Ларец или Лорец. Однако здесь срабатывает фонетический нюанс: «Лорец» пишется через «о», а не через «а», что для русского уха в безударном положении было бы естественным. Если бы фамилия происходила от Лавра, она почти гарантированно писалась бы как «Ларец» (как в фамилии Ларин). Написание «Лорец» — сильный аргумент в пользу немецкого корня.

География фамилии тоже подсказывает ответ. Лорец встречается в западных областях России, в Беларуси, на Украине и в Прибалтике — то есть именно там, где исторически селились немецкие колонисты и где происходило смешение языков. В центральной России эта фамилия редка, в отличие от фамилий на -ец от славянских прозвищ.

Таким образом, предки носителя фамилии Лорец, скорее всего, были выходцами из немецкоязычной среды, которых на русской почве назвали по отцу — «сыном Лора». Это мог быть переселенец-ремесленник, колонист-земледелец или солдат, осевший на новых землях. Фамилия не указывает на конкретное сословие, но её форма говорит о том, что закрепилась она в среде, где немецкое имя адаптировали по русской модели, не меняя звучания корня.