Фамилия Лукошенкин образована по редкой, но показательной для русского Севера модели. В её основе лежит имя Лукоша — это не просто уменьшительная форма от Лука (Лука → Луконя → Лукоша), а самостоятельное прозвище. В псковских и новгородских говорах «лукошей» называли человека, который плетёт или продаёт лукошки — короба из лыка или бересты. Так что первый носитель фамилии мог быть не просто сыном Луки, а конкретно корзинщиком.

Суффикс -енк- в сочетании с -ин даёт характерный севернорусский отпечаток. В отличие от стандартного «Лукошкин» (где -к- входит в основу прозвища), форма «Лукошенкин» говорит о том, что прозвище звучало как Лукошенка — с суффиксом -енк(а), который в архангельских и вологодских говорах означал не только уменьшительность, но и принадлежность к роду: «Лукошенка» — человек из семьи Лукоши. Фамилия буквально расшифровывается как «чей? — Лукошенкин», то есть потомок того самого Лукошенки.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Перепись 1897 года фиксирует единичные случаи в Шенкурском уезде Архангельской губернии и в окрестностях Каргополя. Это подтверждает версию о локальном бытовании: фамилия не расползлась по всей России, а закрепилась в тех местах, где промысел лукошечничества был привычным делом. Если ваш предок носил эту фамилию, он почти наверняка происходил из крестьян-ремесленников Русского Севера.

Есть и вторая, менее правдоподобная версия: от канонического имени Лукиан (разговорное Лукьян) через форму Лукоша. Но тогда фамилия должна была звучать как Лукьянченков или Лукошкин — суффикс -енк- при таком происхождении избыточен. Поэтому версия с прозвищем-ремеслом выглядит убедительнее.

Фамилия не имеет отношения к современному белорусскому политику — его фамилия Лукашенко образована от той же основы, но по другой модели (украинско-белорусский суффикс -енко). Лукошенкин — чисто русская, северная форма, и путать их не стоит.