Фамилия Лычев — одна из тех, что прямо указывает на занятие или прозвище предка. В её основе лежит слово «лыч», которое в древнерусском языке означало молодую древесину, внутренний слой коры. Именно из такого материала — лыка — крестьяне плели лапти, верёвки, кули и рогожи. Поэтому первая и самая вероятная версия: основатель рода Лычевых был мастером по плетению, «лычником», то есть тем, кто драл лыко и делал из него необходимую в быту утварь.

Прозвище Лыч фиксируется в исторических источниках очень рано. Ономаст Степан Веселовский в своих работах упоминает Ивана Лыча, крестьянина начала XVI века из Новгорода, а также Кузьму и Гридю Лычевых, которые жили на Белоозере уже в 1475 году. Эти записи показывают, что прозвище было распространено в северных и центральных русских землях, где лыко было основным поделочным материалом.

Модель образования фамилии проста и типична для русского севера: суффикс -ев присоединялся к основе Лыч, указывая на принадлежность — «сын Лыча» или «из семьи Лыча». Со временем форма закрепилась как наследственное родовое имя. Интересно, что фамилия могла возникнуть не только у самого мастера, но и у его потомков, которых в деревне продолжали называть по прозвищу отца — Лычевы.

Слово «лыч» имело и переносное значение: так иногда называли человека с грубой, «лубовой» внешностью или неотёсанного, простого нрава. Однако в контексте XV–XVI веков, когда фамилии только начинали складываться у крестьян и посадских людей, ремесленная версия выглядит убедительнее. Плетение лаптей было делом настолько массовым, что прозвище Лыч могло стать профессиональным маркером целой семьи.

В отличие от фамилий с суффиксом -ин, где основа часто оканчивалась на -а/-я, форма Лычев указывает на мужское прозвище с твёрдой основой. Это роднит её с однокоренными фамилиями Лыков, Лыткин, но именно Лычев сохранила прямую связь с материалом, а не с действием (как, например, Лыкодеров). Таким образом, фамилия — не просто метка, а краткая запись о том, чем кормилась и одевалась семья несколько столетий назад.