Фамилия Макальская — яркий пример «географической» модели, по которой в Польше, Беларуси и на западе России формировали фамилии дворянства и духовенства. Суффикс -ск- указывает на связь с местом: так называли того, кто родом из населённого пункта с названием Макалы или Макаль. В отличие от патронимических фамилий на -ов/-ев, эта форма изначально подчёркивала не отца, а владение или происхождение из определённой местности.

Корень фамилии — личное имя Макал. Это неканоническая, народная форма крестильного имени Макарий (греч. «блаженный, счастливый»). В белорусском и украинском быту имя Макарий сокращали до Макал, Макаль, а суффикс -ск- добавили позже, когда оформляли фамилию по польскому образцу. Поэтому Макальская — типичная фамилия для шляхты или униатского духовенства, которое в XVIII–XIX веках активно переходило на фамилии с -ский/-цкий.

Топонимов Макалы на карте немного, но они есть. Например, деревня Макалы в Гродненской области Беларуси или село Макалы в Житомирской области Украины. Выходец из такого села, переселившись в город или получив землю, закреплял за собой фамилию по названию родового гнезда. В русских переписных книгах XVII–XVIII веков эта фамилия почти не встречается — её бытование в основном связано с западнорусскими землями, где польская ономастическая традиция была сильнее.

Интересная деталь: в отличие от фамилии Макальский (мужская форма), женский вариант Макальская мог принадлежать как женщине, так и быть формой прилагательного от названия усадьбы или имения. В дворянских родословных книгах часто писали «Макальская» как фамилию рода, а не только супруги. Это сближает её с фамилиями вроде Замойская или Потоцкая, где окончание не указывает на пол, а является частью топонимической основы.

Сегодня фамилия Макальская остаётся редкой. Её носители в основном живут в Беларуси, на западе Украины и в России (преимущественно в Калининградской и Смоленской областях — регионах, куда переселялись после войн). Встречаются и варианты написания с одной «л» (Макаская) — это результат упрощения при записи в советских паспортных столах, но исторически верна двойная «л», так как она сохраняет связь с исходным топонимом.