Фамилия Мантаржиев — редкая и по своему строению почти уникальная для русского ономастикона. С первого взгляда она кажется тюркской или кавказской, и это верное направление. Однако ключ к её происхождению лежит не в очевидном корне «мантар», а в суффиксе и модели образования.

Словообразовательная цепочка здесь нестандартная: основа «Мантарж» + суффикс «-иев». В русских фамилиях суффикс «-иев» — это вариант «-ев» после мягкого согласного или шипящего (как в фамилиях Алексеев, Григорьев). Но в данном случае «ж» — твёрдый, и «-иев» выглядит как адаптация иноязычного окончания. Скорее всего, перед нами фамилия, возникшая на стыке культур: исходная форма могла звучать как Мантаржи или Мантаржио, и при переходе в русскую среду её оформили по модели отчества (чей? — Мантаржиев).

Корень «Мантарж» почти наверняка восходит к адыгским (черкесским) или тюркским языкам. В адыгском языке «мантар» или «ментар» может означать «проклятие», «заклятие», а также «заложник» (человек, отданный под залог). В тюркских языках похожие корни дают значение «наказание» или «бедствие». Таким образом, первичное прозвище Мантарж могли дать человеку, родившемуся в трудное время, или тому, кто был взят в заложники во время межродовых конфликтов. Вторая, менее драматичная версия: основа связана с личным именем Мантар, а «-жи» — это адыгский суффикс принадлежности (то есть «Мантаржи» — «принадлежащий Мантару», его сын или человек из его рода).

Географически фамилия Мантаржиев тяготеет к Северному Кавказу, особенно к Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. Носители встречаются также среди карачаевцев и балкарцев. В русских документах фамилия фиксируется с конца XIX века, что говорит о позднем оформлении — скорее всего, во время учёта горских народов Российской империей.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Мантаров, Мантарджиев) показывает, что форма с «-жи-» — самая редкая и локальная. Она сохранила исходный адыгский компонент, который в других вариантах был отброшен или заменён тюркским суффиксом.

Если ваши предки носили эту фамилию, они почти наверняка происходят из адыгской или тюркской среды Северного Кавказа, а само прозвище могло быть связано либо с тяжёлой судьбой (заложничество, проклятие), либо с именем основателя рода. Точнее сказать без генеалогического исследования и знания конкретного аула сложно.