Фамилия Мартеха звучит на слух по-южнорусски или по-украински: характерный суффикс -ех- встречается в прозвищах и производных формах имён именно в этих говорах. Разберёмся, откуда она взялась и что означала изначально.

Самая вероятная основа — личное имя Мартын (от латинского Martinus — «посвящённый Марсу», «воинственный»). В просторечии его укорачивали и переделывали: Мартя, Мартюха, Мартеха. Суффикс -ех- здесь не уменьшительно-ласкательный (как, например, -к- или -очк-), а скорее фамильярно-бытовой, свойственный обиходной речи: им называли человека в кругу семьи или соседей. Таким образом, Мартеха — это разговорная форма от Мартын, а сама фамилия образована бессуффиксным способом: прозвище Мартеха закрепилось за потомками без дополнительных прибавок (как, скажем, фамилии Коваль, Швец или Бондарь). В русской традиции такие «голые» основы чаще встречаются на Украине и в южных губерниях России, где фамилии нередко фиксировались без типичных -ов/-ев.

Есть и вторая, более редкая версия. Мартеха могла произойти от крестильного имени Марк (греч. — «молот»). В диалектах имя Марк давало формы Марко, Маркуха, Мартеха — через чередование к/т и добавление суффикса. Однако в пользу Мартына говорит широкая распространённость этого имени в крестьянской среде, тогда как Марк встречался реже.

Географически фамилия Мартеха тяготеет к юго-западу России — Курская, Белгородская, Воронежская области, а также восток Украины. В этих краях и сегодня можно встретить носителей фамилии, и почти все они — потомки тех, кого в XIX веке записывали просто по прозвищу, без «дворянских» суффиксов. Сословно это, скорее всего, бывшие государственные или помещичьи крестьяне: фамилии подобного строя редко встречаются у дворянства или духовенства.

Таким образом, если вы Мартеха, ваш предок носил имя Мартын или, реже, Марк, а его домашнее прозвище просто перешло в фамилию — без лишних приставок и окончаний. Такая модель говорит о непритязательном, но устойчивом бытовании: человека знали не по отчеству и не по роду занятий, а по имени, которое в его окружении превратилось в узнаваемое семейное прозвание.