Фамилия Машатин — довольно редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. Чтобы понять, откуда она взялась, стоит посмотреть не на очевидное «Маша» (как уменьшительное от Мария), а на суффикс и типичную для русских фамилий модель. Основа здесь — Машата, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей сын?» — Машатин. Значит, в основе лежало прозвище или некалендарное имя Машата.

Самая вероятная версия ведёт к древнерусскому слову «махать» или диалектному «махаться» — то есть размахивать руками, суетиться, делать резкие движения. В говорах слово «машата» могло означать непоседливого, суетливого человека, который всё делает быстро, но хаотично. Прозвище Машата могли дать ребёнку-егозе или взрослому, который отличался порывистостью. Это не обидное, а скорее бытовое, описательное прозвище — таких в русской деревне было много (Вертун, Непоседа, Торопыга). Со временем оно закрепилось как наследственная фамилия.

Менее вероятная, но не исключённая версия — связь с именем Матвей. В народной речи Матвея могли называть Матей, Матюша, а в некоторых диалектах — Машата. Если это так, то фамилия превращается в патроним: Машатин — внук Маши (то есть Матвея). Однако против этой версии говорит то, что форма «Машата» для имени Матвей нехарактерна и почти не фиксируется в исторических документах, в отличие от более привычных Матюшин, Матвеев.

Географически фамилия Машатин встречается разрозненно, без ярко выраженного гнезда. Больше всего носителей — в центральных областях России и в Поволжье, что типично для фамилий, образованных от прозвищ, а не от крестильных имён. Обратите внимание на однокоренные фамилии: Машанов, Машагин, Машков. Если в основе Машанов лежит то же слово «махать» (Машан — тот, кто машет), то Машатин стоит в том же ряду, но с другим суффиксом, что подчёркивает его диалектное, местное происхождение.

Таким образом, Машатин — это фамилия-прозвище, которая скорее всего описывала характер предка: живого, подвижного, неугомонного человека. Она не связана с дворянством или духовенством, а возникла в крестьянской или мещанской среде, где прозвища давали по заметной черте поведения.