Фамилия Мерсиянцева — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с профессией или внешностью, а с речевой привычкой человека. Чтобы понять её корень, достаточно произнести фамилию вслух: «Мерси» — это французское merci, «спасибо». В XVIII–XIX веках, особенно после Отечественной войны 1812 года, в дворянской и купеческой среде было модно вставлять в речь французские слова. Человек, который часто и к месту, а может, и не к месту, повторял «мерси», мог получить прозвище Мерсиян или Мерсиянец. Суффикс -янц- (или -янц) в русских фамилиях встречается редко и почти всегда указывает на южное, часто армянское или тюркское происхождение носителя прозвища. В данном случае он мог означать принадлежность к роду Мерси — «сын того, кто говорит мерси», или же просто служить для адаптации французского слова в русской среде (по аналогии с фамилиями вроде Абдул-Мерсиянцев, где первая часть — арабское имя). Окончание -ев (а в женском роде -ева) — стандартный русский патронимический суффикс, показывающий, что фамилия закрепилась в великорусской среде. Таким образом, первый носитель фамилии Мерсиянцев — скорее всего, не француз, а русский человек, которого за глаза дразнили за пристрастие к иностранным словечкам, или же выходец из южных губерний, чьё прозвище со временем обрусело. Географически фамилия встречается в основном в центральных и южных областях России, но нигде не образует заметных гнёзд — это редкая, штучная фамилия. Её уникальность в том, что она фиксирует не событие или ремесло, а живую речевую моду целой эпохи.