Происхождение
Фамилия Мешкарева
Фамилия Мешкарева — женская форма от Мешкарев, и её разговорная простота таит в себе несколько возможных, но неочевидных корней. В отличие от фамилий на -ов/-ин, которые образуются от имён или прозвищ на -а/-я, Мешкарев стоит особняком: основа здесь — «мешкарь». Это слово в русских говорах означало не столько мешок, сколько человека, который с ним работает. В словаре Даля «мешкарь» — это тот, кто шьёт мешки, мешочник, или же торговец, скупающий товар мешками. Прозвище могли дать и запасливому хозяину, и тому, кто ходил с большим мешком за плечами, — бродячему торговцу или нищему.
Модель образования фамилии — через суффикс -ев, который присоединяется к основам на мягкий согласный или -й. «Мешкарь» даёт «Мешкарев», а женская форма — «Мешкарева». Фамилия недвусмысленно указывает на ремесло или род занятий предка, что типично для так называемых «профессиональных» фамилий. Однако есть и другая, менее распространённая версия: в некоторых диалектах «мешкарь» могло быть прозвищем медлительного, неповоротливого человека — от глагола «мешкать» (медлить). Оба значения — и ремесленное, и поведенческое — существовали параллельно, и определить, какое из них стало основой для конкретной фамилии, можно только по архивным записям о первых носителях.
Географически фамилия тяготеет к центральным и южнорусским областям, где было развито кустарное производство тары и мешков. Встречается она реже, чем, скажем, Мешков или Мещанинов, но её корень — «мешкарь» — делает её более конкретной, чем просто «мешок». В дореволюционных переписях Мешкаревы могли записываться как крестьяне или мещане, занимавшиеся шорным или мешочным промыслом. Сословной привязки у фамилии нет: её могли носить и государственные крестьяне, и посадские люди.
Спорных версий здесь немного — разве что попытка связать фамилию с тюркским «мешкер» (какой-то вид ткани), но это натяжка: слово «мешкарь» прочно зафиксировано в русских говорах и не требует заимствований. Если ваш предок носил фамилию Мешкарев, он почти наверняка был человеком, чья жизнь была связана с мешками — либо как мастера, либо как торговца, либо как обладателя характерной медлительности, закрепившейся в прозвище.