Фамилия Мощалкин — один из тех случаев, когда за привычным звучанием стоит неочевидная основа. Если сразу попытаться связать её с глаголом «мощь» или «мощный», то это будет ошибкой. В русских фамилиях корень «мощ-» чаще восходит к диалектному слову «моща́» — так в некоторых говорах называли мочёный лён или коноплю, сырьё для пряжи. Человек, который занимался вымачиванием и трепанием льна, мог получить прозвище Мощалка. Суффикс «-к-» здесь уменьшительно-пренебрежительный, но в фамилиях он часто указывает на профессию или характерное действие.

Словообразовательная модель типична для восточнославянских фамилий: прозвище на -ка → притяжательное прилагательное с суффиксом -ин (Мощалкин — «чей?» — сын Мощалки). По сути, это отчество от прозвища, застывшее в паспортной форме. Аналогов много: Трепалкин, Чесалкин, Мялкин — все они из крестьянского быта, связанного с обработкой волокна.

Есть и вторая, менее вероятная версия. В некоторых областях «моща́лкой» называли мочалку — пучок лыка для мытья. Тогда прозвище могло достаться банщику или человеку, который вязал и продавал мочала. Но для фамилии Мощалкин первая гипотеза выглядит убедительнее: лён и конопля были основой крестьянского хозяйства, а прозвища по ремеслу давали чаще, чем по предмету обихода.

Фамилия редкая, и это не случайно. Она привязана к локальным говорам: в документах XVII–XIX веков Мощалкины встречаются в основном в северных и центральных губерниях — Вологодской, Костромской, Вятской. Там мочение льна было частью сезонного цикла, и слово «моща» не требовало перевода. В южных регионах, где сеяли больше пшеницу и подсолнечник, фамилия почти не бытовала.

Интересно, что в современном русском языке слово «моща» исчезло, а «мочалка» осталось, но с другим значением. Поэтому для носителя фамилии Мощалкин связь с ремеслом предков уже не очевидна — прозвище превратилось в чистый родовой знак, за которым стоит конкретная профессия, а не абстрактное качество вроде силы.