Фамилия Мязина образована от личного прозвища Мязя. Чаще всего его связывают с украинским словом «мяз», то есть «мышца», или прилагательным «мязистий» — «мускулистый, с развитыми мышцами». Выходит, что Мязей могли прозвать рослого и крепкого силача, человека богатырского телосложения. Эта версия выглядит самой логичной: прозвища по физическим качествам давали на Руси повсеместно, и они легко закреплялись за родом.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Мязина — это «дочь или жена Мязи», а изначально — «из семьи Мязи». Такая модель типична для северорусских и восточных территорий, где имена-прозвища часто переходили в фамилии без дополнительных изменений.

Существуют и другие, менее вероятные трактовки. Например, в коми-пермяцком языке есть слово «мазi» — «пчела» или «шмель». Если допустить эту версию, то предок Мязиных мог быть пасечником. Ещё более экзотичный вариант — армянское «мязе» — «салат», что превратило бы родоначальника в повара или огородника. Но эти гипотезы выглядят натянутыми: слишком уж далеки они от привычного славянского словообразования, а вот связь с «мышцей» лежит на поверхности.

Если говорить о географии, фамилия Мязина встречается в основном в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает версию о коми-пермяцком влиянии — эти народы издавна жили в тех краях. Однако даже там украинский след не исключён: переселенцы с юга активно осваивали эти земли в XVII–XVIII веках.

Как бы то ни было, потомок человека с прозвищем Мязя со временем получил фамилию Мязина. Сегодня она звучит непривычно, но за ней стоит простая и понятная история — либо о силе и стати, либо о пчелином промысле, либо о кухне. Точно сказать, какая из них верна, уже нельзя, но первая остаётся самой убедительной.