Фамилия Настюк с первого взгляда кажется простой и понятной, но на деле таит в себе сразу две версии происхождения, и какая из них верна — вопрос открытый. Если отталкиваться от самого распространенного объяснения, то в основе лежит прозвище Наста, которое давали человеку, чья работа была связана с охраной. Глагол «настовать» в русских говорах означал «стеречь, сторожить, караулить, наблюдать». Логика простая: Настом называли сторожа, а его потомки, в свою очередь, получили фамилию Настюк.

Впрочем, есть и другая, более лиричная версия. Она возводит фамилию к женскому имени Настя, уменьшительной форме от Анастасия. С греческого это имя переводится как «воскресшая» или «возвращенная к жизни». Но здесь стоит оговориться: фамилии, образованные от женских имен, в русской традиции встречаются заметно реже, чем от мужских. Появлялись они в особых обстоятельствах — когда женщина брала на себя роль главы семьи. Так случалось при вдовстве, тяжелой болезни мужа или его долгой отлучке. Особенно актуально это было во времена рекрутских наборов, когда мужчину забирали в армию на четверть века, и семья оставалась на попечении жены.

Сам суффикс -юк в фамилии Настюк — отдельная история. Он характерен для западных и юго-западных регионов, где формировались украинские и белорусские фамилии. Такая модель образования указывает на «сына» или «человека, принадлежащего» к кому-то: Настюк — буквально «сын Насты». Это типологически роднит фамилию с такими распространенными на тех же территориях формами, как Остапюк, Матвиюк или Демчук. Со временем прозвище Наста, которое изначально прикреплялось к наследственному имени, полностью вытеснило его и в быту, и в официальных документах, закрепившись за родом окончательно.

Если выбирать между двумя версиями, то первая — от прозвища сторожа — выглядит убедительнее. Причина не только в редкости фамилий от женских имен, но и в том, что прозвищная модель с опорой на глагол была очень продуктивной в народной среде. Однако полностью сбрасывать со счетов версию с Настей нельзя: в отдельных случаях она могла сыграть решающую роль, особенно если родословная семьи указывает на вдовство или долгое отсутствие кормильца. Так что ответ на вопрос, кто был предком — бдительный сторож или женщина, воспитавшая детей в одиночку, — часто лежит не в языке, а в конкретной семейной истории.