Фамилия Насветов — редкая и с точки зрения словообразования неочевидная. На первый взгляд в ней угадывается корень «свет» и приставка «на-», что сразу наводит на мысль о прозвище, связанном со светом, рассветом или чем-то «на свету». Однако чтобы понять, откуда она взялась, нужно разобраться, как именно её могли образовать.

Самый вероятный путь — фамилия восходит к прозвищу Насвет. Такое прозвище мог получить человек, которого прозвали по какой-то характерной черте, связанной со светом: например, он был бледным («на свету видно»), или, наоборот, очень заметным, видным. В русских говорах слово «насвет» могло означать «рассвет», «утренняя заря», и тогда прозвище давали человеку, который вставал рано или работал с первыми лучами солнца. Суффикс «-ов» в фамилии стандартный, указывающий на принадлежность: «чей?» — сын Насвета, потомок человека с таким прозвищем.

Менее распространённая, но возможная версия — фамилия могла быть искусственной, семинарской. В духовных училищах и семинариях часто давали «говорящие» фамилии, образованные от абстрактных понятий. «Насветов» в этом ряду могло означать «просвещённый», «несущий свет» — как калька с греческого «Фотий» или латинского «Люциан». Однако для семинарских фамилий более типичны формы на -ский (Насветский), так что эта версия слабее, хотя полностью исключать её нельзя.

Географически фамилия Насветов встречается крайне редко. По данным открытых источников, она фиксируется в основном в центральных и южных регионах России, а также на Украине. Её редкость говорит о том, что родоначальник был, скорее всего, единственным носителем прозвища в своей местности, и фамилия не получила массового распространения.

Однокоренные фамилии — Насветов, Насветаев, Насветный — встречаются ещё реже, что подтверждает уникальность корня. Если ваш предок носил фамилию Насветов, он мог быть либо крестьянином, получившим прозвище за ранний подъём или светлый облик, либо выходцем из духовного сословия, где ценились «светлые» фамилии. Точнее сказать сложно: письменных источников по этой фамилии сохранилось немного, и ономасты её почти не исследовали.