Фамилия Негелева — женская форма от Негелев, и её разбор стоит начать не с корня, а с суффикса. Модель на -ев указывает на притяжательное значение: «чей?» — Негелев, то есть сын или потомок человека по прозвищу Негель. Суффикс типичен для русских фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён на мягкий согласный. Это сразу отсекает версии о тюркском или финно-угорском происхождении: перед нами славянская основа, которая прошла через русскую словообразовательную норму.

Корень «Негел-» редко встречается в современных говорах, но его можно связать с диалектным словом «негель» или «неголь». В некоторых северных и сибирских говорах так называли неженку, изнеженного, капризного человека — того, кто «негой» живёт. Слово «нега» (довольство, покой) дало производное «негель» с тем же оттенком. Прозвище Негель могли дать либо избалованному ребёнку, либо, наоборот, взрослому, который требовал к себе особого внимания и удобств. В ономастических работах В. Никонова и С. Веселовского подобные прозвища от состояний и качеств характера — обычное дело, хотя конкретная фамилия Негелев в их словарях не зафиксирована.

Есть и более редкая, но любопытная версия: корень мог восходить к глаголу «неглить» — в некоторых говорах это означало «медлить, нежиться, лениться». Тогда Негель — человек неторопливый, медлительный. Такое прозвище не несло резко отрицательной окраски, скорее описывало манеру поведения. Учитывая, что фамилия встречается в основном в центральных и северных областях России (по данным современных телефонных справочников и архивов ЗАГС), диалектная основа здесь вполне уместна.

Фамилия Негелева — редкая. Она не попала в списки дворянских родов, не фиксировалась в массовых переписях крестьян XIX века, что говорит о её локальном бытовании. Скорее всего, предки носителей — крестьяне или мещане из одной-двух волостей, где прозвище Негель закрепилось за конкретной семьёй. Никаких известных исторических деятелей с этой фамилией не обнаружено, но для рядовой русской фамилии это нормально: её ценность не в громких именах, а в точной привязке к бытовому языку прошлого.