Фамилия Немеря — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с характером или внешностью, а с конкретным бытовым действием. Разберём её по составу: корень «мер» (от «мерить», «мера») и отрицательная приставка «не». Перед нами типичное «говорящее» прозвище, которое давали человеку, чтобы подчеркнуть его отношение к мере — либо в прямом, либо в переносном смысле.

Самая вероятная версия — профессиональная. На Руси «немерой» могли назвать того, кто при торговле или раздаче товара не соблюдал положенной меры: обвешивал, отмерял «на глаз», не используя установленные гири или ёмкости. Это не обязательно вор — скорее небрежный или слишком вольный в обращении с эталонами крестьянин, мельник, целовальник. Вторая, менее распространённая гипотеза — прозвище отражало абстрактное качество: «не знающий меры» в поведении, еде или питье. Но для бытовой ономастики конкретика всегда весомее, поэтому первая версия предпочтительнее.

Обратите внимание на суффикс. Фамилия застыла в форме чистого прозвища без типичных русских суффиксов -ов, -ин или -ский. Это указывает на её относительно позднее оформление (XVII–XVIII века) или на южнорусское и украинское происхождение: в этих регионах фамилии без суффикса встречаются гораздо чаще. Географически Немеря тяготеет к западным областям бывшей Российской империи — современной Украине, Беларуси, а также к югу России. В центральных и северных губерниях фамилию, скорее всего, «достроили» бы до Немерин или Немеров.

В дореволюционных метрических книгах фамилия Немеря встречается спорадически, в основном среди крестьян и мещан Черниговской, Киевской и Подольской губерний. Дворянского происхождения у неё нет — это чисто народное прозвище, закрепившееся за одним родом. С точки зрения словообразования, это близкий родственник фамилий Немер, Немерюк, Немерченко — все они отталкиваются от одного корня, но разошлись в суффиксах в зависимости от местного диалекта и эпохи.

Современному носителю фамилии стоит помнить: предок был не «безымянным» (как может показаться из-за созвучия с «немой»), а человеком, чьё прозвище зацепилось за конкретный хозяйственный промах или особенность. Никакой мистики — только живая история торговли, мер и весов.