Ниманихины — фамилия, которая сразу выбивается из привычного ряда. Её основа, суффикс и география — всё указывает на редкую, почти уникальную модель образования. На первый взгляд, в ней слышится что-то нерусское, но это обманчиво.

Ключ к разгадке — суффикс -их-, за которым следует типичный фамильный формант -ин. В русской ономастике фамилии на -ихин (как Глазкихин, Черныхин) — это гибридная форма. Они возникали на севере России, в основном в Архангельской, Вологодской, Вятской губерниях. Местные жители использовали «ич»-формы прозвищ (например, «Ниманиха» — жена или вдова Нимана). В переписях XVII–XVIII веков такое прозвище записывали как «Ниманиха», а её детей — «Ниманихины дети». Позже это стянулось в фамилию.

Основа Ниман- — самое интересное. Вероятнее всего, это не календарное имя, а прозвище. В говорах Русского Севера слово «нимать» означало «брать, принимать, хватать». Ниман — тот, кто хватает, ловит, возможно, проворный или даже жадный человек. Вторая версия, менее вероятная, — связь с прибалтийско-финскими языками (карельским или вепсским), где «nimi» — имя. Тогда прозвище могло означать «именитый», «известный». Но для фамилий, зафиксированных в русских переписных книгах, первая версия правдоподобнее: прозвища от глаголов — обычное дело.

Сословно Ниманихины, скорее всего, не дворяне. Фамилии на -ихин почти всегда выдавали крестьянское или посадское происхождение. Владельцы таких фамилий редко попадали в родословные книги, зато их много в писцовых книгах и ревизских сказках северных уездов.

Таким образом, Ниманихины — потомки человека по прозвищу Ниман, жившего, вероятно, в XVI–XVII веках где-то между Вологдой и Архангельском. Фамилия сохранила редкую словообразовательную архаику и сегодня остаётся одной из тех, что почти не встречается за пределами своего исторического региона.