Фамилия Ноздратенко — яркий пример того, как украинская словообразовательная модель «переплавила» русское по звучанию прозвище. В основе лежит суффикс -енко, который в XVI–XVII веках был главным маркером «сына» или «потомка» на землях современной Украины. Ноздратенко — это буквально «сын Ноздрата».

Само прозвище Ноздрат (или Ноздратый) происходит от слова «ноздря». В древнерусском языке это слово имело и переносный смысл: так могли назвать человека с широкими, заметными ноздрями, либо того, кто постоянно «сопит», тяжело дышит. Однако есть и другая, более редкая версия: в некоторых говорах «ноздря» — это не только часть лица, но и отверстие, дыра, лаз. Тогда прозвище могло достаться человеку, жившему в землянке, в норе, или тому, кто постоянно пролезал в узкие места. Но первая версия — по внешнему признаку — кажется более естественной для бытового прозвища.

Интересно, что фамилия Ноздратенко почти не встречается в центральных и северных областях России. Её ареал — юг: в первую очередь, это Слобожанщина (Харьковская, Сумская области) и прилегающие районы Белгородчины и Воронежья. Именно там украинский суффикс -енко массово вытеснял русские -ов и -ин, даже если основа прозвища была общеславянской.

В отличие от русской фамилии Ноздрёв (от «ноздря»), где ударение падает на корень, в украинском варианте Ноздрате́нко ударение смещается на суффикс. Это характерная черта: в фамилиях на -енко ударение почти всегда фиксированное, на последний слог основы, и оно не меняется при склонении. По этой особенности носителя фамилии сразу можно было опознать как выходца с Украины или из приграничных чернозёмных губерний.

Документальных подтверждений древности фамилии немного, но в реестрах Войска Запорожского XVIII века встречаются казаки с прозвищами Ноздря и Ноздрат. Это наводит на мысль, что предок Ноздратенко мог быть не просто крестьянином, а свободным служилым человеком — казаком, который получил прозвище за внешность или нрав. Сословный барьер для таких фамилий был низким: «енко» носили и казацкие старшины, и простые селяне, поэтому точное социальное положение предка установить без генеалогического поиска невозможно.