Фамилия Ноздрич — один из тех редких случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с внешностью, а с поведением или речью. Вопреки первому впечатлению, «Ноздря» в древнерусском языке могла означать не только часть носа, но и «ноздреватого», то есть того, кто говорит в нос, гнусавит. Человека с такой особенностью прозвали Ноздрёй, а его потомков — Ноздричами.

Суффикс -ич здесь ключевой. В белорусской и украинской традиции (а фамилия Ноздрич распространена именно в западных областях бывшей Речи Посполитой) этот суффикс служил патронимом, то есть «сыном такого-то». Ноздрич — буквально «сын Ноздри». В русской ономастике модель на -ич встречается реже (в основном в фамилиях знати или в северных говорах), поэтому происхождение фамилии уверенно связывают с территорией современной Беларуси или западной Украины.

Вторая, менее вероятная версия отталкивается от прямого значения слова «ноздря» — как части лица. Прозвище могли дать человеку с широкими или заметными ноздрями. Но в славянской традиции прозвища по анатомическим деталям редко становились фамилиями без дополнительного смыслового слоя. Версия с гнусавостью выглядит убедительнее, поскольку она функциональна: прозвище описывало не статичный признак, а манеру говорить, что в крестьянской среде ценилось как меткая характеристика.

С точки зрения социального статуса, Ноздричи почти наверняка происходят из крестьян или мещан. Фамилии на -ич у дворян (вроде Голицын, Трубецкой) образовывались от княжеских родовых имён, а у простых людей — от личных прозвищ отца. Никаких документальных свидетельств о знатном происхождении Ноздричей не существует, и фамилия осталась в низовых слоях населения.

Встречаемость фамилии сегодня невысока. Основные кластеры — Брестская и Гродненская области Беларуси, а также Волынская область Украины. В России Ноздричи единичны и, как правило, являются потомками переселенцев с запада в ходе столыпинской аграрной реформы или советских миграций. Написание фамилии устойчивое, без вариантов вроде Ноздрёв или Ноздряков, что тоже указывает на её позднее оформление уже в письменной традиции XIX века.