Фамилия Ноздрин напрямую связана с прозвищем Ноздря, которое в старину давали человеку с крупными, широкими или необычными ноздрями. Такие прозвища по физической особенности были естественны для деревенской среды: они метко и беззлобно подмечали внешность человека, закреплялись за ним и переходили к детям. Однако есть и вторая версия: в древнерусской традиции существовали мирские имена, образованные от названий частей тела — Ноздря, Губа, Лоб, Ухо. Это не было насмешкой, а скорее оберегом: считалось, что такое имя отводит беду и злых духов. Поэтому нельзя однозначно утверждать, что предок носителя фамилии обязательно был обладателем выдающегося носа — возможно, его просто так нарекли при крещении или в быту.

Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Ноздрин означает «сын Ноздри», «ребёнок того, кого звали Ноздря». Такая модель образования фамилий — от прозвищ и личных имён без дополнительных приставок — одна из самых древних и распространённых в северорусских и центральных землях. В документах XVI–XVII веков встречаются крестьяне и посадские люди с подобными именами, но конкретных исторических личностей с фамилией Ноздрин, оставивших заметный след в летописях, не зафиксировано — это фамилия простого люда, что делает её ещё более интересной как слепок народной культуры.

Интересно, что однокоренные фамилии — Ноздрев, Ноздрюхин, Ноздратов — встречаются реже, чем Ноздрин, что говорит о локальном бытовании исходного прозвища. Возможно, в основе лежало не только анатомическое отличие, но и характер: «ноздря» в переносном смысле могла означать человека с тяжёлым дыханием, храпака или того, кто «ноздрит» — то есть сопит, фыркает. В говорах глагол «ноздрить» имел и значение «нырять, искать, вынюхивать», поэтому прозвище могло закрепиться за любопытным или дотошным человеком. Так или иначе, фамилия Ноздрин звучит колоритно и несёт в себе память о живом, наблюдательном языке наших предков, которые умели одним словом описать человека так, что это слово пережило века.