Фамилия Нурашева хранит память о своем происхождении, и начать ее разбор стоит с имени, которое лежит в основе, — Нураш. Это имя образовано от арабского слова «нур» — «свет, сияние, луч» — с помощью уменьшительно-ласкательного суффикса -аш. Получается, что Нураш — это «лучик». Такая форма указывает на теплое, ласковое отношение к ребенку, которого так называли в семье.

Версий, почему появилось такое имя, может быть несколько. Возможно, так звали светловолосого ребенка — «светлого» в прямом смысле слова. Но у слова «нур» есть и второй, более глубокий смысл: свет веры, свет религии. Поэтому имя Нураш вполне могло нести религиозный подтекст. Родители, давая сыну такое имя, могли желать ему стать достойным мусульманином, чтобы его жизнь была озарена верой. Обе трактовки имеют право на существование, и вторая выглядит даже более весомой в контексте традиционной культуры.

Сама фамилия образована по стандартной модели: к основе Нураш добавился русский патронимический суффикс -ев, а затем и родовое окончание -а. Смысл фамилии прост и прозрачен: Нурашев — это потомок Нураша. Такая словообразовательная схема типична для многих тюркских и кавказских фамилий, которые оформлялись в русской делопроизводственной традиции.

Сведения о носителях фамилии встречаются в архивных документах. Например, в материалах ДКНБ РК упоминаются казахские семьи, носившие эту фамилию. Среди них — Нурашев Абулхаир, родившийся в 1918 году в Гурьевской области (Денгизский район, село Керсе), Нурашев Ахмет, появившийся на свет в 1884 году в Южно-Казахстанской области (Теренозякский район, 44 аул), и Нурашев Канапия, уроженец Кокчетавской области (Энбекшильдерский район, село Жана-Жол). Эти разрозненные записи показывают, что фамилия была распространена в разных регионах Казахстана и не была привязана к какому-то одному месту.

Интересно, что сама фамилия Нурашева встречается реже, чем, скажем, Нуров или Нуралиев. Это делает ее более локальной и конкретной. Суффикс -аш в имени-основе — довольно редкий для имен, перешедших в фамилии, что придает фамилии особый оттенок личной, почти домашней интимности. Перед нами не абстрактное «светлый», а именно «лучик» — образ, который вряд ли мог возникнуть в официальной среде, скорее в кругу семьи.