Фамилия Нуржа — редкий пример того, как прибалтийская фамилия хранит память не о балтийском корне, а о личном имени или прозвище. Вопреки ожиданию, что любая литовская или латышская фамилия восходит к местным основам, Нуржа выпадает из этого ряда: её основа — личное имя, причём не обязательно христианское, но и языческое. Такой тип образования характерен для балтийского ономастикона, где прозвище или имя предка закреплялось за потомками без дополнительных суффиксов, в чистой форме.

Разбираем словообразовательную модель. Фамилия оформлена по типу «чистой основы»: без патронимических суффиксов -ов/-ев, -ин или -ский, которые привычны для русских фамилий. В балтийской традиции такое «застывшее» прозвище — обычное дело: фамилия просто фиксирует то, как человека называли при жизни. Основа Нуржа могла быть уменьшительной или ласкательной формой от какого-либо балтийского имени, но точное исходное имя восстановить сложно: слишком мало данных, чтобы уверенно назвать первоисточник.

Здесь уместно предложить две версии, и одна из них правдоподобнее. Первая: Нуржа — это форма древнего языческого имени, которое имело хождение на территории Литвы или Латвии до массового распространения христианских имён. Вторая: основа связана с христианским именем, которое в местном просторечии сократили до неузнаваемости. Более вероятной выглядит первая версия: языческие имена в Прибалтике держались долго, и фамилии от них — не редкость. Христианская версия слабее, потому что для неё нет промежуточных форм перехода, которые мы видели бы в документах.

География бытования фамилии, к сожалению, не проясняет картину. Нуржа встречается редко, и массовых переселений носителей в русскоязычные регионы не зафиксировано. Это типичная местная фамилия, которая так и осталась в пределах балтийского ареала, не получив широкого распространения. Отсутствие известных носителей в истории тоже показательно: фамилия не «выстрелила» в дворянские или купеческие роды, а осталась фамилией простых людей — крестьян или ремесленников, которые не оставили следов в больших документальных сводах.

Если сравнивать Нуржу с однокоренными или похожими фамилиями, то аналогии находятся в литовских фамилиях, образованных от прозвищ без суффиксов: Норка, Норвайша, Нурка. Все они держатся на одном принципе — личное прозвище, которое стало родовым именем. Общего «предка» у этих фамилий нет, но модель образования едина, и это помогает понять, как возникла Нуржа: кто-то из предков носил имя или прозвище Нуржа, и оно закрепилось за его потомками.

Итог простой: Нуржа — фамилия балтийского происхождения, но не от балтийского корня, а от личного имени или прозвища. Точное значение исходного имени сегодня не восстановить, но сам факт его существования — достаточное объяснение фамилии. Для носителя это означает, что его предки жили в Прибалтике и носили имя, которое со временем стало фамилией, — без громкой истории, но с ясной логикой образования.