Фамилия Огородцев — типичный пример того, как русская фамилия может рассказать о роде занятий предка. В основе лежит слово «огород», а суффикс -ев- (фонетический вариант -ов-) указывает на принадлежность: «чей?» — Огородцев, то есть сын или потомок Огородца.

Ключевая деталь здесь — не столько основа, сколько суффикс -ец-. В русской антропонимии суффикс -ец часто образовывал прозвища по характерному признаку или занятию: купец, стрелец, молодец. Огородец — это не просто «человек, у которого есть огород», а, скорее всего, прозвище человека, который огородничает профессионально, выращивает овощи на продажу. В отличие от фамилии Огородников (где суффикс -ник- означает деятеля), форма Огородцев более архаична и могла возникнуть в среде, где прозвища давали по конкретному ремеслу или месту жительства.

Интересно, что фамилия Огородцев встречается заметно реже, чем Огородников. Это может говорить о её более локальном происхождении. Согласно данным переписей XIX века, большинство носителей сосредоточено в центральных и южных губерниях России — там, где огородничество было развито как промысел: в Рязанской, Тамбовской, Воронежской, а также в Сибири, куда переселенцы принесли свои прозвища.

Словообразовательная модель проста: прозвище Огородец → притяжательное прилагательное Огородцев (сын) → фамилия. При этом стоит учесть, что в говорах «огородцем» могли назвать не только огородника, но и человека, живущего при огороде, или даже того, кто отличался прижимистостью — в народе шутили: «Огородец — себе на умец». Однако основная и самая правдоподобная версия — профессиональная.

Фамилия не является дворянской, не принадлежала знатным родам. Огородцевы — в основном крестьяне и мещане, чьи предки кормились землёй. В этом её ценность: она сохранила память о повседневном труде, а не о гербах и титулах.