Фамилия Опалёнов — одна из тех, где написание подсказывает произношение, а корень уводит в народную речь. Основа здесь — «опалённый», то есть опаленный, обожженный огнем. Ударение в фамилии падает на третий слог: Опалёнов. Формально это типичная патронимическая модель на -ов, но образована она не от имени, а от прозвища или прилагательного.

Прозвище Опалёный в старину могли дать по разным причинам. Самая прямая — человек, пострадавший от пожара, с опаленной кожей или волосами. В крестьянском быту такое случалось нередко: при пожаре в избе, при работе с горном или в кузнице. Менее очевидная версия — ироничное прозвище для того, кто «горел» на работе, торопился или был вспыльчивым, «огненным» по характеру. В говорах слово «опаленный» могло означать и «обожженный солнцем», сильно загорелый — для северных областей это было заметной приметой.

Редкость фамилии объясняется несколькими причинами. Во-первых, прозвище Опалёный не было массовым: оно слишком конкретно и не несло положительного оттенка, в отличие от, скажем, Краснов или Белов. Во-вторых, в официальных документах XIX века фамилию могли записать по-разному: Опаленов (через «е») или Опалинов (от «опалина» — ожог, гарь). Современное написание с буквой «ё» закрепилось относительно поздно, уже после реформы орфографии, и теперь оно однозначно указывает на произношение.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Опарин, Опалев, Опалихин — показывает, что основа «опал-» была продуктивной, но в разных регионах давала разные суффиксы. Опалёнов — форма, типичная для центральных и южнорусских областей, где прозвища на -ёный охотно превращали в фамилии на -ов. Встречается она преимущественно в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает связь с ремесленной или заводской средой, где работа с огнем была обычным делом.

Социальный состав носителей, насколько можно судить по разрозненным данным, — в основном крестьяне и мещане. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что логично: прозвище слишком бытовое и не связано ни с географическим названием, ни с церковным именем. В современной России фамилия остается редкой, и ее носители, скорее всего, потомки одного или нескольких родов, разошедшихся по стране в XIX—XX веках.