Происхождение
Фамилия Опалов
Фамилия Опалов — редкий случай, когда корень слова не затемнён веками, а прозрачен настолько, что кажется простым. Она образована от названия полудрагоценного камня опала с помощью стандартного русского суффикса принадлежности -ов. Такой суффикс в фамилиях чаще всего отвечает на вопрос «чей?»: Опалов — буквально «сын Опала» или «человек из рода Опала».
Но здесь и начинается главный вопрос: кого на Руси могли прозвать Опалом? Версий две, и обе правдоподобны. Первая, самая прямая: прозвище получил ювелир или торговец драгоценными камнями. Опал на Руси знали, хотя ценился он ниже изумруда или рубина. Вторая версия связана с внешностью: опал — камень молочно-белый с радужными переливами. Прозвище Опал могли дать человеку с очень светлыми, «стеклянными» глазами или с необычным, меняющимся цветом лица. В ономастике такие прозвища по камням встречаются (Сапфиров, Изумрудов), но Опалов стоит особняком — это не церковное имя и не крестьянское прозвище от «опала» (опавшей листвы), а именно от названия минерала.
Любопытно, что фамилия Опалов почти не встречается в старых переписных книгах XVII–XVIII веков. Это косвенно указывает на её позднее происхождение. Скорее всего, она возникла не в крестьянской среде, а в среде ремесленников, купцов или мещан, где прозвище по роду занятий было нормой. В XIX веке фамилия могла закрепиться за потомками камнерезов или владельцев мастерских, работавших с поделочными камнями.
Словообразовательная модель проста: основа «опал» + суффикс -ов. Ударение, скорее всего, падает на первый слог: О́палов. В отличие от фамилий Опалин или Опальников, здесь нет суффикса -ин, указывающего на прямое родство по отцу, и нет суффикса деятеля. Опалов — типичная «вещная» фамилия, где предка назвали не по имени, а по предмету, с которым он был связан.
В современной России фамилия остаётся редкой. Поиск по базам данных показывает, что её носители сосредоточены в основном в центральных регионах и на Урале — историческом центре русской камнерезной промышленности. Эта география служит дополнительным аргументом в пользу версии о ремесленном происхождении.