Фамилия Орденарцев — один из тех редких случаев, где основа слова напрямую указывает на конкретную должность или чин. Вопреки интуитивному предположению, корень здесь не связан с наградой или орденом как знаком отличия. Исходное слово — «ординарец». Так в армии называли военнослужащего, состоящего при командире для передачи приказов, связи и личных поручений. Это не высокая должность, а скорее доверенная: ординарец постоянно находился рядом с офицером, часто был его денщиком или вестовым.

Модель образования фамилии — суффикс -ев, присоединённый к основе «ординарец». В русской антропонимии суффикс -ев (как и -ов) указывает на принадлежность: Орденарцев буквально значит «сын ординарца» или «из семьи ординарца». Написание через «е» в первом слоге («Орденарцев», а не «Ординарцев») — результат народной этимологии: слово «ординарец» было малопонятным, и его переосмыслили под более знакомое «орден», благо в офицерской среде награды были на слуху. Такая замена гласной — типичный случай для фамилий, закрепившихся в устной речи до того, как их записали в документах.

Географически фамилия редкая. Её очаги встречаются на юге России, в казачьих областях — на Дону и Кубани, а также в бывших военных поселениях. Это объяснимо: казачья среда была милитаризована, и должность ординарца там была привычной. В отличие от фамилий на -ский, которые часто носили дворяне и духовенство, Орденарцев — типичная «солдатская» фамилия, указывающая на службу низшего звена. В сословном плане её носители почти наверняка были из крестьян или казаков, получивших фамилию по военной профессии отца или деда.

С точки зрения словообразовательной модели, фамилия интересна тем, что суффикс -ев присоединён не к чистому корню, а к основе с уже имеющимся суффиксом -ец. Это даёт редкую структуру: корень «ордин-/орден-» + суффикс действующего лица «-ец» + патронимический суффикс «-ев». Фактически, это фамилия-профессионализм третьего уровня: она называет не самого ординарца, а его потомка, причём в той форме, которая закрепилась в разговорной речи военной среды XIX века. Никаких альтернативных версий — от слова «орден» или от географических названий — лингвисты не рассматривают всерьёз: они не выдерживают проверки исторической фонетикой и географией бытования.