Фамилия Ординарцевы звучит непривычно для уха — слышится в ней что-то строевое, приказное. И это не случайно: в её основе лежит слово «ординарец». Так в русской армии называли военнослужащего, который состоял при командире или штабе для передачи приказаний и выполнения поручений. По сути, это был связной, всегда находившийся рядом с начальством, готовый в любой момент сорваться с места.

Прозвище Ординарец закрепилось за человеком, который служил в этой должности. Такие именования лингвисты относят к «профессиональным»: они прямо указывали на род занятий предка. Не обязательно сам носитель прозвища был лихим кавалеристом — в XIX веке ординарцев назначали из числа расторопных нижних чинов, так что прозвище могло отражать и характер: сметливый, исполнительный, надёжный.

Сама фамилия образовалась по стандартной для русского языка модели: к основе добавился суффикс -ев, указывающий на принадлежность. Первоначально форма была притяжательной: «Ординарцев» означало «сын Ординарца», «из семьи Ординарца». Со временем окончание закрепилось, и фамилия перестала меняться по смыслу, превратившись в родовое имя.

Интересно, что слово «ординарец» пришло в русский язык из немецкого или французского (от латинского ordinarius — «находящийся в распоряжении»). Это говорит о том, что фамилия вряд ли древняя: она не могла появиться раньше, чем само слово вошло в обиход. Скорее всего, она сформировалась в XVIII–XIX веках, когда военная терминология активно пополнялась заимствованиями. В более ранних документах её не встретить — это не боярский род, а порождение регулярной армии петровского времени и позже.

Точное место возникновения фамилии назвать трудно: процесс закрепления прозвищ в фамилии шёл неравномерно, где-то быстрее, где-то медленнее. Но можно предположить, что предки Ординарцевых служили в тех полках, где штат ординарцев был положен по уставу, — в гвардии, кавалерии или при штабах. Впрочем, прозвище могло закрепиться и за отставным солдатом, вернувшимся в деревню, где его так и звали по старой памяти.

Фамилия сравнительно редкая, что тоже подтверждает её позднее происхождение. Она не разошлась по всей России, как, скажем, Кузнецовы или Смирновы, а осталась локальной, привязанной к конкретным семьям. Встречаются варианты написания: Ординарцев и Ординарцевы — вторая форма просто обозначает множественное число рода, но в документах закрепилась чаще первая.

Несмотря на военное происхождение, носители фамилии не обязательно были потомственными военными. Уже во втором-третьем поколении Ординарцевы могли стать крестьянами, мещанами или священниками — прозвище к тому времени превратилось в фамилию и перестало описывать профессию. Зато оно сохранило память о предке, который нёс службу при командире, был на виду и, видимо, пользовался доверием начальства.