Фамилия Озорных — одна из тех, что сразу бросается в глаза своей необычностью. Она принадлежит к архаичной и редкой модели русских фамилий на -их/-ых. В отличие от массовых фамилий на -ов/-ев или -ин, которые указывают на принадлежность конкретному лицу («чей?» — Иванов, Петров), форма на -их/-ых отвечает на вопрос «чьи?» и обозначает целый род или семью. Это так называемые «фамилии-прилагательные во множественном числе», характерные преимущественно для северных и центральных областей России, а также для Сибири. Озорных — буквально «из семьи Озорного».

Основа фамилии — прозвище Озорной. В древнерусском языке слово «озорной» имело более широкий и не всегда отрицательный смысл, чем сегодня. Озорным могли назвать не только проказника или шалуна, но и человека дерзкого, бойкого, смелого до наглости, а также того, кто «озорничал» — то есть буянил, задирал других. В некоторых говорах «озорник» означал «забияка» или «своевольный человек». Таким образом, родоначальник Озорных, скорее всего, получил своё уличное имя за живой, неуёмный характер, за склонность к выходкам или за прямоту, граничащую с грубостью.

Интересно, что фамилия сохранила старую флексию родительного или предложного падежа множественного числа (отвечает на вопрос «из кого?» — из Озорных). В современном русском языке такие фамилии не склоняются: мы говорим «Иван Озорных», «у Ольги Озорных». Встречаются они нечасто, и Озорных — яркий пример этой исчезающей модели, которая когда-то была распространена в среде крестьян и посадских людей, где прозвище закреплялось за всем домом. Однофамильцев с такой фамилией немного, что делает её ценным маркером для генеалогического поиска: скорее всего, все Озорных — родственники в пределах нескольких поколений.

В отличие от фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), Озорных напрямую отсылает к личной характеристике предка. Это не церковное, а мирское, бытовое прозвище, и оно говорит о том, что в семье помнили и передавали эту черту характера из поколения в поколение. Среди носителей фамилии встречаются люди разных профессий, но корень остаётся тем же — память о бойком и, возможно, неспокойном предке.