Фамилия Панихидкин — один из тех редких случаев, когда прозвище или мирское имя образовано напрямую от церковного обряда, а не от имени святого или праздника. Основа здесь — слово «панихида» (заупокойное богослужение). Суффикс -кин указывает на принадлежность: Панихидкин буквально означает «сын Панихидки» или «человек из рода Панихидки».

Самое интересное — как человек мог получить такое прозвище. Вероятнее всего, его дали ребёнку, родившемуся в день, когда служили панихиду по кому-то из близких, или в поминальную родительскую субботу. В народной среде это было обычной практикой: ребёнка могли назвать не по святцам, а по событию, совпавшему с его появлением на свет. Менее правдоподобна, но возможна версия, что прозвище Панихидка закрепилось за взрослым человеком — например, за псаломщиком или пономарём, который часто читал заупокойные молитвы, или за плакальщиком, нанимавшимся на похороны. Однако для прозвища взрослого человека форма на -ка (Панихидка) нетипична: такие уменьшительные формы в старину чаще давали детям.

Модель образования фамилии — через отчество от прозвища на -ка — характерна для северных и центральных регионов России, особенно для Вятки, Архангельской и Вологодской губерний. Фамилия Панихидкин встречается крайне редко, что подтверждает её неканоническое, «бытовое» происхождение: церковь не поощряла называть детей в честь заупокойной службы, поэтому такое имя давали скорее вопреки, чем по традиции.

По сословной принадлежности предки Панихидкиных, скорее всего, были крестьянами или мещанами. В дворянских родах подобные «событийные» фамилии не встречаются. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» разбирается модель образования от названий обрядов, но конкретной фамилии Панихидкин в нём нет — это указывает на её локальный и редкий характер. Если искать однокоренные аналоги, можно вспомнить фамилии Молебенкин (от «молебен») или Венчалкин (от «венчание»), но все они остаются единичными, не образующими гнезда.